Серая Чиффа
That is all in your head // Весь мир в твоем распоряжении, бери, что хочешь, но помни - ничего тебе не принадлежит. // Соблазнился сам - соблазни другого.
Что мы знаем о Времени? Ценим ли мы его всегда одинаково? По большей части нет.
А был в советское время такой человек - Любищев Александр Александрович, ученый. Изучал земляных блошек, но кроме этого успевал еще очень много всего. Он жил по своей Системе.
В 26 лет Любищев принял решение и неукоснительно следовал ему. Он вел учет времени. Сколько часов и минут затрачено на то или иное действие. Чтение книг, написание статьи/письма, лекция, общение с людьми. Все было учтено и посчитано. Потом делался месячный отчет, за ним годовой. И даже время на написание такого учета подсчитывалось.

Даниил Гранин разбирал отчеты и дневники Любищева и написал о нем книгу.
Что дает такой учет времени? Не превращает ли он человека в бездушный механизм?
Прочитать о таком очень интересно. Вести такой учет - страшно.
Но Любищев вел и ценил Время, успел очень многое, хоть и не завершил того, к чему стремился. Слишком большой план себе поставил.

Похоже, что люди, подобные Любищеву, устанавливают тайные, не ведомые никому отношения со Временем. Они бесстрашно заглядывают в лицо этому ненасытному божеству.
Человек всегда относился ко Времени враждебно. Пространство, материю — этих удавалось как-то приручить. Время оставалось тем же дикопервобытным. С тех пор как человек заглянул в дали Вселенной, услышал тиканье мировых часов, отсчитывающих миллиарды лет, увидел, как рушатся галактики, — Время, пожалуй, стало еще страшней.
Меня поражала у Любищева смелость, с какой он обращался с плотью Времени. Он умел ее осязать. Он научился обращаться с пульсирующим, ускользающим «теперь». Он не боялся измерять тающий остаток жизни в днях и часах. Осторожно он растягивал Время, сжимал его, стараясь не уронить, не потерять ни крошки. Он обращался с ним почтительно, как с хлебом насущным; ему и в голову не могло прийти — «убивать время». Любое время было для него благом. Оно было временем творения, временем познания, временем наслаждения жизнью. Он испытывал благоговение перед Временем. Оказалось, что жизнь вовсе не так коротка, как это считается. Дело тут не в возрасте и не в насыщенности трудом. Урок Любищева состоит в том, что можно жить каждой минутой часа и каждым часом дня, с постоянным напором отдачи. Жизнь — долгая-предолгая штука. В ней можно наработаться всласть и успеть многое прочитать, изучить языки, путешествовать, наслушаться музыки, воспитать детей, жить в деревне и жить в городе, вырастить сад, выучить молодых…
Жизнь спешит, если мы сами медлим.


(с) Гранин Даниил "Эта странная жизнь"

@темы: цитаты, книги